Цветные сны

Глава третья

«Мудрейшая в мире наука
Гласит, что любви не получится,
Где двое мучат друг друга
И сами все время мучатся…»

Сколько человеку нужно времени для того, чтобы осознать необратимое? Я отправилась в больницу в надежде, что мои страшные подозрения не подтвердятся. Ультразвуковое обследование показало: ребенок был жив, хорошо развивался и по всем показателям был в норме.

Как такое могло случиться?! Врачи разводили руками: такой случай в их практике был впервые, хотя подобное описано в специальной литературе: прогрессирующая беременность после миниаборта.

Итак, я на пятом месяце беременности. Узнав новость, муж мне не поверил: ребенок не мой! Скандалы и слезы стали моими постоянными спутниками. Сколько же пришлось пережить моему ребенку до рождения! Как отчаянно цеплялось за жизнь это маленькое, беззащитное существо, всецело зависящее от посторонней воли! Вместо классической музыки и ласковых слов малыш слышал отборную ругань и содрогался вместе со мной от рыданий.

В сентябре у меня родилась семимесячная девочка. И опять врачи были поражены: вес, как у нормально выношенного новорожденного, только не успели нарасти ягодичные мышцы. «Ничего, — констатировала акушерка Люся, — кости есть, мясо нарастет».

Николай навестил меня в больнице и, увидев дочь, сказал: «Прости меня еще раз, последний, эта девочка моя копия, теперь у меня нет сомнений. Правда, до сих пор не понимаю, как такое могло случиться». «Бог простит, — смиренно ответила я, — теперь нам заново надо учиться жить вместе, только уже втроем». Дочь мы назвали Евгенией.

Первые три месяца Женечка отчаянно мстила за все, что ей пришлось пережить. Она кричала день и ночь, доводя меня до исступления, я перестала есть, пить, причесываться и делала это только тогда, когда кто-то вспоминал и обо мне. В голове было только одно желание: спать. Она наплакала себе грыжу, и начались хождения по бабкам. Именно в это время я узнала, как много у нас, оказывается, людей со сверхъестественными способностями!

Правда, помочь нам смог только хирург местной поликлиники, который и вправил нам грыжу. В свой третий день рождения Женечка впервые спала ночью, совершенно лишив сна меня. Я каждую минуту подходила к коляске проверяла ее дыхание, для меня в этом спокойствии крылась какая-то угроза, мне не верилось, что мой ребенок может просто так, без всякого подвоха спать ночью. Каждую минуту я ожидала, что она вот-вот раскричится, и незаметно для себя под утро я уснула в кресле возле коляски.

Я отчетливо помню сон, который тогда увидела: голубое небо, я лечу, отчаянно размахивая руками, как крыльями, удивляюсь и недоумеваю: как семьдесят килограмм смогли подняться в небо? Потом стремительное падение, и я просыпаюсь в холодном поту, кидаюсь к дочери и прислушиваюсь: ребенок сладко спит, чмокая пухлыми розовыми губками. На часах 11.00! Жизнь продолжалась!

С того самого дня Женечка , видимо, решила меня простить, она стала нормально есть, спокойно спать ночами, лежать на животике и поглядывать по сторонам. Если бы в то время меня спросили о том, что такое счастье, я бы, не задумываясь, ответила: «Счастье, когда твой ребенок здоров, все остальное не имеет значения».

«Все счастливые семьи счастливы по-своему». Я блаженствовала, впервые постигая радости материнства. Первое «агу», первая осознанная сладкая улыбка, первое проявление ее любви – все это драгоценные моменты моей жизни, которые навсегда останутся в памяти вместе с ощущениями, которые они мне подарили. Между дочерью и мужем установились сложные взаимоотношения: оба ревновали меня друг к другу и шли на перемирие только в те моменты, когда меня не было рядом.

В полтора года Женечка уже хорошо разговаривала, она задавала не меньше тысячи вопросов в день, на каждый из которых получала полный ответ. Она познавала мир с такой скоростью, что я едва поспевала за ней. Врачи отправляли нас на многочисленные обследования, результаты которых неизменно говорили об одном: девочка была абсолютно здорова и опережала своих ровесников по умственному развитию. Вундеркинд, индиго – так говорили о моей дочери, и я с гордостью ощущала себя сопричастной к этому чуду природы.

Она радовала меня, восхищала, любовь переполняла мое сердце, стремясь постоянно к внешнему проявлению. И без того немногочисленные подруги исчезли совсем из моей жизни, потому что ни говорить, ни думать я не могла ни о ком, кроме своего ребенка. Николай осознал бессмысленность противоборства с дочерью, прекрасно понимая, кто одержит победу. Он отдалился от нас, хотя все в нашей семье по-прежнему было общим, все, кроме любви.

В один прекрасный день я поняла, что у моего мужа появилась женщина, которая серьезно волновала его. Я знала, что бывали дни, когда между ними пробегала кошка, тогда мой муж был суров и мрачен, когда же все было хорошо, он становился ласковым и внимательным. Наш брак был обречен изначально, поэтому я не давала дочери сильно привязываться к отцу. Я понимала, что наступит день, и мы расстанемся, и мне казалось, что этот день не за горами.

— Мне кажется, нам нужно развестись, Николай, — однажды начала я разговор. – У тебя есть женщина, которую ты любишь, и нет смысла скрывать это. Давай расстанемся хорошими друзьями. Пока это еще возможно.

— Кто тебе сказал? Она тебе звонила? – он вскочил со стула и начал ходить из стороны в сторону по квартире. – Так вот, чтоб ты знала, я тебя люблю и дочку, никого у меня нет, и расставаться я ни с кем не собираюсь. Не получится у тебя! А если ты нашла себе кого-нибудь, я тебя убью. Решила меня ни с чем оставить? Вроде, как я во всем виноват? А ты за моральный ущерб себе машину, квартиру? На, выкуси! – Он скрутил перед моим лицом выразительную дулю. – Не надейся! И вообще, с сегодняшнего дня ты начинаешь регулярно исполнять свой супружеский долг! Каждый день!

— И кого ты этим накажешь? – Спросила я, проклиная себя за то, что вообще начала этот разговор. — Дело твое, но супружеский долг я исполнять не буду. Я долгов не боюсь.

— Посмотрим! Я тебе морду разукрашу, а потом посмотрю, куда твоя гордость денется. – Он подошел ко мне вплотную. – Шалава подзаборная, разводиться она собралась.

— Тронешь меня хоть пальцем, убью, — я собрала остатки воли и выдержала его взгляд. Он отступил и, хлопнув дверью, ушел из дома.

Вернулся он поздно ночью, изрядно выпивший.

>

Что вы думаете по этому поводу? Напишите, пожалуйста!

Ваш e-mail не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.